Апелляционная жалоба на обвинительный приговор

Апелляционная жалоба по уголовному делу: образец, сроки подачи, рассмотрение | Юридические Советы

Апелляционная жалоба на обвинительный приговор

Последнее обновление: 31.01.2020

Обжаловать можно любое решение суда первой инстанции, в том числе и приговор по уголовному делу. Иногда подача жалобы – это последняя реальная возможность отменить или изменить неправосудное решение, добиться справедливости.

Чаще всего несогласие с приговором выражают осужденные, но в некоторых ситуациях недовольны слишком мягким наказанием или квалификацией преступления пострадавшие — они тоже, как и государственный обвинитель, имеют право на обжалование.

Каковы сроки подачи апелляции по уголовному делу, как составить жалобу и куда подавать – читайте в нашей статье.

Апелляционный суд – это судебный орган второй инстанции, который пересматривает решение нижестоящего суда и ставит точку в разбирательстве. Апелляционное рассмотрение – это, в общем-то, проверка законности первоначального судебного мнения по делу.

Нужно понимать, что апелляционным может быть как суд районного звена (заседание одного судьи), так и областной, а также Верховный суд (заседание с участием троих судей). На практике это выглядит так:

  • при вынесении приговора мировым судьей судебного участка апелляционной инстанцией считается районный суд.Например: Павлов Р.З. был осужден приговором мирового судьи участка № 1 Ленинского районного суда г. Кирова по ст. 119 УК РФ. Адвокат Павлова Р.З. не согласился с решением и обжаловал его в Ленинский районный суд г. Кирова.
  • при вынесении приговора районным судом апелляционной инстанцией является суд областного, краевого значения.Например: Ложкин Г.Р. был осужден приговором Петровского городского суда г. Владимира. Он написал жалобу о пересмотре во Владимирский областной суд.
  • при вынесении приговора судом областного уровня в качестве второй инстанцией считается Верховный суд.Например, суд присяжных в Кемеровской области вынес оправдательный вердикт по двойному убийству. С целью отменить оправдательное решение представители потерпевшего написали жалобу в Верховный суд РФ.Б.

Жалоба подается через тот суд, который принимал первоначальное решение. То есть, сама жалоба сдается в канцелярию суда первой инстанции, хотя при этом она адресована суду вышестоящей инстанции.

Что можно обжаловать

Итак, любой приговор (обвинительный или оправдательный) можно обжаловать. Кроме этого, подача апелляционной жалобы возможна:

  • на постановление о прекращении дела по разным основаниям. Прекратить уголовное дело судья вправе при назначении судебного штрафа, вследствие примирения сторон при соблюдении некоторых условий (подробнее в статье http://juresovet.ru/prekrashhenie-ugolovnogo-dela-za-primireniem-storon/), а также по амнистии, по истечению срока давности и т.д. Приведем пример. В сентябре 2015 года по преступлению небольшой тяжести судом было вынесено постановление о прекращении уголовного в связи с амнистией в честь 70-летия Победы в Великой Отечественной Войне (такая амнистия действительно была объявлена в мае 2015 года). Потерпевший, не согласный с таким исходом дела, обжаловал постановление.
  • на судебное постановление об избрании меры пресечения. Судом избирается заключение под стражу или домашний арест, а также залог. Остальные ограничительные меры к подследственным применяются решением следователя.
  • на постановление, которое выносится по итогам рассмотрения жалобы, поданной в порядке ст.125 УПК РФ – на действия должностных лиц полиции, следственного комитета, прокуратуры. Например, Серов Е.Н. обратился в суд с жалобой на отказ в возбуждении уголовного дела. В заседании проверялись материалы дела, было принято решение об отказе в удовлетворении заявления Серова Е.Н., который, не согласившись с этим, решил обратиться в апелляцию.
  • на постановления судьи по вопросам условно-досрочного освобождения, снятия судимости, отмены условного осуждения или продления испытательного срока.

Необходимо знать, что судебные решения, принятые в ходе разбирательства по ходатайствам участников процесса, отдельному обжалованию не подлежат. Это означает, что свое несогласие с промежуточными решениями по уголовному делу стороны вправе выразить только в апелляционной жалобе на итоговое решение, то есть на приговор суда.

Пример. При рассмотрении дела о разбое стороной защиты было заявлено ходатайство об исключении протокола осмотра места происшествия из числа доказательств, в удовлетворении судом было отказано.

Защитник написал на отказ апелляционную жалобу, но производство по ней не было начато, областной суд указал на невозможность ее рассмотрения и рекомендовал изложить свои доводы в жалобе на приговор, который состоится по окончании разбирательства.

Другими примерами так называемых «промежуточных решений» могут быть постановления по ходатайствам о назначении экспертизы, по вызову дополнительных свидетелей, по допуску общественного защитника, по истребованию документов или аудионосителей и т.д. Все эти решения не обжалуются отдельно.

Сроки

Общий срок, установленный для подачи апелляционной жалобы по уголовному делу, составляет 10 дней. Отсчет начинается с даты, следующей после провозглашения приговора. На практике возникают случаи, когда фактически этот срок превышается:

  1. Если 10-ый день срока выпадает на праздничный или выходной день, апелляция может быть подана в первый рабочий день после нерабочего дня.
    К примеру, приговор вынесен 01.06.2020, в пятницу. 10-й день выпадает на 11 июня, то есть нерабочий день в связи с переносом субботнего выходного. 12 июня – День Независимости, праздничная дата. Поэтому фактически срок для обжалования в данном случае составляет 12 дней, по 13 июня включительно.

Источник: http://juresovet.ru/apellyacionnaya-zhaloba-po-ugolovnomu-delu/

Отмена обвинительного приговора в суде апелляционной инстанции или когда радость не в радость

Апелляционная жалоба на обвинительный приговор

Наверное, эту публикацию можно было бы поместить в раздел «Юридический юмор», но мой доверитель получил 10 лет и 11 месяцев лишения свободы, и ни фига не смешно…

Обычное уголовное дело, связанное с незаконным оборотом наркотических средств: два эпизода, хранение в значительном размере и сбыт. В суд дело заходило тяжело. При ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ молодая девушка, новоиспеченный следователь МВД, бывший сотрудник ФСКН, принесла нам три непронумерованных тома уголовного дела, скрепленных зажимом для бумаг.

Мой клиент Антон, больше шутя и заигрывая с молодой симпатичной девушкой, возмутился: почему уголовное дело не прошито. Я просто уверен в том, что если бы у следователя было больше ума, то она могла бы найти массу вариантов как ответить, не нагнетая обстановку.

Но в ответ Антон получил от следователя отповедь на фене с использованием ненормативной лексики, суть которой заключалась в том, что не надо качать права и жри, что дают. То, что рядом находился адвокат по соглашению, ее абсолютно не смущало. В конечном итоге мадам пришлось уволиться, и уголовное дело мы заканчивали с другим следователем, тоже милой и молодой девушкой, но более адекватной.

В суде первой инстанции все как обычно по делам о незаконном обороте наркотических средств. Масса существенных нарушений норм УПК РФ, на которые суд закрыл глаза. Потом были прения и приговор, клиент получил 11 лет лишения свободы, который я, конечно же, обжаловал в суд апелляционной инстанции.

В ходе заседания суда апелляционной инстанции судья-докладчик подробно огласил мою апелляционную жалобу, доводы которой мы с Антоном поддержали, и после соблюдения всех формальных процедур коллегия ушла в совещательную комнату.

Через пять минут была оглашена резолютивная часть апелляционного постановления. Приговор отменили, и уголовное дело направили на новое рассмотрение в суд первой инстанции в новом составе.

Я, честно говоря, был преисполнен гордости за себя и за судебную коллегию, внявшей моим доводам.

Когда я получил мотивированное решение суда апелляционной инстанции, то сначала не уловил смысл написанного:

 «Вместе с тем, как следует из протокола судебного заседания от 18.12.2017 года, после выступления государственного обвинителя адвокат Пятицкий Е.Ф.

выступил с защитительной речью, однако,  большая часть выступления адвоката посвящена защите другого лица, а именно ФИО29, а также обстоятельствам, не имеющим отношение к рассматриваемому уголовному делу.

В завершении защитительной речи адвокат, доводя до суда свою позицию, высказался о необходимости оправдания ФИО30 в совершении инкриминируемого преступления.

Таким образом, согласно не оспоренному сторонами в данной части содержания протокола судебного заседания в прениях сторон по уголовному делу в отношении  А.Г. адвокат Пятицкий Е.Ф. с речью в защиту А.Г. не выступил, свою позицию относительно виновности или невиновности подсудимого по предъявленному обвинению до суда не довел, в связи с чем А.Г. был лишен защиты и его право на защиту в прениях сторон было существенно нарушено.

О чем речь? Этого не было в процессе, и я в ходе судебных прений говорил именно об Антоне и даже, по сложившейся практике, приобщил к материалам уголовного дела свою защитительную речь в письменном виде!

И тут я вспомнил, как секретарь судебного заседания попросила у меня флешку с текстом моей защитительной речи.

Я человек добрый и флешку дал, только скачала секретарь первоначальную версию моего выступления, где первые четыре строчки об Антоне, а остальные пятнадцать листов про абсолютно другое уголовное дело и абсолютно другого человека.

Я всегда читаю протоколы судебных заседаний, но, дойдя до своей речи, читать не стал, зачем? Тем более копию приобщил в письменном виде. Но видимо, кроме меня, этот протокол судебного заседания, как и все уголовное дело, прочитали только в суде апелляционной инстанции.

Я представляю картину судебного процесса: согласно протоколу судебного заседания… Я почти час выступаю в прениях, рассказывая про другое уголовное дело и абсолютно другого подсудимого. Суд после этого, внимательно меня выслушав, выяснил, есть ли у сторон реплики и после последнего слова Антона удалился в совещательную…

Видимо у меня уже была подмоченная репутация, так как в суде первой инстанции все решили, что я это все специально замутил. Секретарю за это в принципе ничего не было, она даже вскоре стала помощником судьи, но здороваться со мной на всякий случая перестала. Ну не велика беда…

Во втором процессе, в принципе, все было то же самое. Все наши доводы о существенных процессуальных нарушениях, в том числе о наличии признаков провокации преступления, новым составом суда были также проигнорированы. Даже добавилось еще одно существенное нарушение.

В ходе судебного следствия судом были незаконно и необоснованно оглашены показания секретного свидетеля, гражданина под псевдонимом «Иванов Ю.М.». При этом, согласно протоколу судебного заседания защита возражала против оглашения показаний гражданина под псевдонимом «Иванов Ю.М.

», так как фактически личность его судом не установлена, очная ставка с данным свидетелем не проводилась, и сторона защиты была лишена возможности задавать ему вопросы, то есть стороне защиты в предыдущих стадиях производства по делу не была предоставлена возможность оспорить показания свидетеля под псевдонимом «Иванов Ю.М.

»  предусмотренным законом способом. При этом очевидно, что показания данного свидетеля сыграли ключевую роль в доказанности причастности Антона к сбыту наркотического средства.

Дальше все шло по накатанной: полное игнорирование доводов защиты и обвинительный приговор, согласно которому Антон получил на месяц меньше – 10 лет 11 месяцев, который апелляционная инстанция окончательно засилила.

Необычным в этом уголовном деле было то, что мною сразу после апелляции была подана жалоба в ЕСПЧ (Европейский суд по правам человека) о том, что факты, изложенные ней, свидетельствуют о нарушении права Антона, предусмотренного п.п. «d» п.3 ст.

6 Конвенции — допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него и о нарушении права Антона, предусмотренного п. 1 ст.

6 Конвенции – право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Поданная мною жалоба была признана  приемлемой Европейским судом по правам человека. И в настоящее время мы ждем ее коммуникации правительству РФ и рассмотрения по существу в ЕСПЧ.

Других надежд на объективное правосудие, по крайней мере, у нас в стране нет. Наши судьи по уголовным делам, к сожалению, в большинстве случаев видят только формальные нарушения процесса, все остальное для них просто «белый» шум.

Источник: https://pravorub.ru/cases/96864.html

Обжалование обвинительного приговора. На что обратить внимание? – Эдмон Дантес – Мнения газеты «Солидарность»

Апелляционная жалоба на обвинительный приговор

Когда суд первой инстанции оглашает приговор, в 99,5% случаев указывающий на виновность подсудимого (согласно данным Судебного департамента при Верховном суде), начинается так называемый апелляционный период.

Это значит, приговор уже есть, но считается не вступившим в законную силу.

Хотя если обвиняемому была избрана мера пресечения, не связанная с лишением свободы, а приговор дает ему реальный срок, то под стражу осужденный (а статус “подсудимый” меняется на “осужденный” после оглашения приговора) берется прямо в зале суда и уезжает в СИЗО.

Апелляционный период длится десять дней. В это время стороны защиты и обвинения имеют право обжаловать приговор в вышестоящем суде. Если этого не происходит, то по истечении данного срока приговор вступает в законную силу.

Странная вещь, но многие осужденные считают, что если обжаловать вердикт, то в судебных инстанциях могут разозлиться и дать к отсидке еще больше. Конечно, это в корне неверно. Согласно ст. 389.

24 Уголовно-процессуального кодекса (УПК), обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону, ухудшающую положение осужденного, не иначе как по представлению прокурора либо по жалобе потерпевшего.

А наличие апелляционной жалобы только со стороны осужденного исключает возможность увеличения срока.

На что осужденный может жаловаться? Первое – на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела (ст. 389.16 УПК). На игнорирование судом первой инстанции фактов, на которые указывала сторона защиты, показаний свидетелей, приглашенных защитником, и так далее. Об этом мы неоднократно говорили в предыдущих публикациях.

Второе – на несправедливость приговора ввиду его чрезмерной суровости (ст. 389.18 УПК). То есть когда осужденный в целом не оспаривает фактическую сторону дела, но считает, что с ним обошлись слишком уж строго.

“Пятерочку” он бы отсидел, но вот “десятка” – это явный перебор. Годик-другой по такой жалобе могут скинуть.

Кстати, на основании той же статьи требовать пересмотра наказания вправе и прокурор, но – ввиду чрезмерной мягкости приговора.

Третье – можно оспаривать существенные нарушения уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона (ст. 389.17 и 389.18 УПК). Все это логично назвать процедурными нарушениями.

Например, подсудимому не дали последнего слова. Фактически оно ни на что не влияет. Последнее слово – не более чем эмоции, и многие от него отказываются.

Но, согласно УПК, оно – непременный элемент, и без него никак.

Есть еще четвертый, не описанный в кодексах, но весьма любимый многими осужденными аргумент. Название документа – “жалоба” – они воспринимают буквально и начинают жаловаться: на наличие малолетних детей, престарелых родителей-инвалидов, на необходимость содержать семью и тому подобное, считая, что по этим причинам их должны отпустить домой.

Путь, по мнению автора этих строк, тупиковый. Юридического значения эмоции не имеют, а разжалобить вершащего правосудие… У кого как, а у меня давно сложилось впечатление, что судьи работают будто станки по вынесению приговоров, и все человеческое, способное к состраданию, в них если когда-то и было, то давно атрофировалось как граничащее с профнепригодностью.

И давить на жалость бессмысленно, да и некрасиво.

А вот развернуть дело вспять, зацепившись за нарушение судьей первой инстанции исключительно процедурных моментов, – здесь куда больше шансов на успех.

Приведу два примера судебных процессов в отношении профсоюзных лидеров в нашей необъятной стране.

ПРИМЕР ПЕРВЫЙ

Следствие и суд шли долго. Обвинение было серьезным, а срок, выданный к отсидке, солидным.

Апелляционные жалобы профлидера и его защитника расписывали многочисленные несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам.

Но кроме этого, перелистывая в очередной раз многотомное дело при подготовке к апелляционному заседанию, опытный защитник обнаружил не бросавшийся до того в глаза документ.

Дело в том, что на первом заседании суда, когда заслушивалось обвинение и выполнялись прочие формальности, работавший с подсудимым адвокат был занят в другом процессе и явиться не смог. И суд назначил защитника из числа, по сути, первых попавшихся.

Этот один день работы адвоката полагалось оплатить.

Судья в тот же день вынес постановление, в котором было сказано, что “в судебном заседании суда первой инстанции в качестве защитника осужденного профлидера по назначению участвовала адвокат такая-то”.

Рассмотрение дела судом только начиналось. Профлидер находился в статусе подсудимого, и до признания его виновности было еще очень далеко. А судья уже назвал его осужденным. То есть высказал свое мнение относительно судьбы обвиняемого до вынесения приговора.

Статья 61 УПК говорит, что судья не может участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, когда обстоятельства позволяют полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела. Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным судом РФ в определении от 01.11.

2007 № 799-О-О, “высказанная судьей в процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела позиция относительно наличия или отсутствия события преступления, обоснованности вывода о виновности в его совершении обвиняемого, достаточности собранных доказательств определенным образом ограничивала бы его свободу и независимость при дальнейшем производстве по делу и постановлении приговора или иного итогового решения”.

И поскольку указанная выше позиция судьи первой инстанции по существу предрешила исход разбирательства, тот судья не вправе был рассматривать дело по обвинению профлидера. Несмотря на это, спустя почти год под председательством того же судьи в отношении профлидера был вынесен обвинительный приговор.

На эти процедурные нарушения адвокат указал в дополнение к своей апелляционной жалобе и ходатайствовал об отмене приговора.

Суд второй инстанции нашел доводы защитника о нарушении уголовно-процессуального закона при постановлении обвинительного приговора обоснованными, а рассмотрение дела судьей, заранее высказавшим мнение о виновности подсудимого, – существенным нарушением права профлидера на защиту.

Учитывая, что допущенные в суде первой инстанции нарушения закона затрагивали основополагающие принципы уголовного судопроизводства, их устранение оказалось невозможно в суде апелляционной инстанции. Обвинительный приговор подлежал отмене с направлением уголовного дела на новое разбирательство в тот же суд, но в ином составе.

Всем было понятно, что в материалы уголовного дела вкралась самая обычная описка. Даже не судейская, а секретарская. Но! Процедура была нарушена, а подобное карается вышестоящим судом строго.

ПРИМЕР ВТОРОЙ

В ходе другого судебного процесса другому профлидеру помимо основного наказания в виде реального лишения свободы назначили штраф в сумме 8 млн рублей.

Согласно п. 4 ст. 307 УПК суд в обвинительном приговоре должен указать “мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия”.

Говоря о сроке, суд первой инстанции указал, что “с учетом всех материалов дела, характеристики личности подсудимого, тяжести совершенного им преступления, суд считает возможным достижение целей восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений только при назначении наказания в виде лишения свободы”. Таким образом, мотивы назначения реального срока были понятны. Не будем рассуждать о справедливости, исправлении, предупреждении новых преступлений – это материал для другой публикации.

А вот в отношении штрафа было сказано лишь: “…суд, с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения осужденного и его семьи применяет дополнительное наказание в виде штрафа”. То есть следовала лишь констатация факта без указания мотивов. Интересно, как суд высчитывал имущественное положение…

На отсутствие мотивировки со стороны суда первой инстанции и – следовательно – на неправомерность штрафа защита указала в апелляционной жалобе. Стоит отметить, помимо этого в жалобе указывалось на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела по многим пунктам.

Апелляционной суд, проигнорировав все доводы о несоответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела (и оставив срок отбывания наказания прежним), пошел навстречу осужденному именно в вопросе штрафа. Суд постановил, что решение о необходимости назначения в качестве дополнительного наказания в виде штрафа “в нарушение требований п. 4 ст. 307 УПК не мотивировано и подлежит исключению”.

Таким образом, профлидер поехал отбывать срок на зону, но от выплаты 8 млн рублей был освобожден.

*   *   *

Эти примеры в некоторой мере иллюстрируют работу судов апелляционной инстанции. Можно сделать выводы о том, что к основным доводам защиты они так же глухи, как и суды первых инстанций.

Но нарушения процессуальные со стороны нижестоящих судов караются жестко – отменой отдельных видов наказания или даже целых приговоров. Это лишний раз подтверждает, что формально судебный процесс выстроен в РФ на “отлично”. Грубых нарушений УПК вы не найдете. Внешне придраться не к чему.

Но к аргументам защиты по сути обвинения ни одна судебная инстанция прислушиваться не будет.

Судебный процесс, как правило, превращается в торжество гособвинения. Суд соглашается почти со всеми доводами последнего и игнорирует все доводы защиты. И не имеет особого значения, что именно говорит подсудимый и его защитник, – скорее всего, судом это будет отброшено без объяснений.

Сегодняшним сюжетом мы заканчиваем серию публикаций, основной темой которых было разбирательство в судах первой и апелляционной инстанций, а также типичные ситуации, в которые все чаще попадают профлидеры. Все материалы основывались на реальных событиях и конкретных уголовных делах.

Следующей публикацией мы начнем серию сюжетов, касающихся досудебного уголовного преследования профактивистов (в том числе – задержания, суда по мере пресечения, предъявления обвинения).

И постараемся дать несколько практических советов относительно того, какую тактику применять в ходе допроса, как общаться с соседями по камере и так далее.

Особое внимание следует уделить такому знаковому персонажу, как адвокат, и его роли в досудебном и судебном процессе.

Ведь от тюрьмы, как говорит народная мудрость, зарекаться не следует.

Источник: https://www.solidarnost.org/Blog/edmond-dantes/Obzhalovanie_obvinitelnogo_prigovora.html

Образец апелляционной жалобы по уголовному делу

Апелляционная жалоба на обвинительный приговор

В Солнцевский районный суд г. Москвы

От адвоката потерпевшего

Обвиняемые: Г. В. Ф.Т. Е. М.Я. Г. В.

С. Ю. Н.

Образец апелляционной жалобы по уголовному делу

Приговором Мирового судьи от 15 марта 2010 года обвиняемые Г; Т; Я; С по ч.1 ст. 129 (клевета) УК РФ оправданы в связи с отсутствием состава преступления в их действиях.

Вынесенный судом приговор считаю незаконным, необоснованным и не мотивированным по следующим основаниям.

Суд неправильно установил обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. В нарушение ст. 87 УПК РФ суд не проверил достоверность и допустимость доказательств, представленных обвиняемыми в качестве доказательств их невиновности. Не оценил их в совокупности и не сопоставил с другими имеющимися в деле доказательствами.

Сославшись на протокол судебного заседания Солнцевского районного суда г. Москвы по гражданскому делу № 2-1387/06 от 13 ноября 2006 года (л.д.

279-283) суд указал в приговоре, что на момент представления объяснений по иску в феврале 2008 года сведения в них заведомо ложными для подсудимых не являлись, поскольку стали известны им ранее от самого Ш и что, якобы, я пояснил суду что – «…занёс исправления площади земельного участка в свою личную карточку».

Это обстоятельство не соответствует действительности. Обвиняемые исказили мои слова и сущность дела.

В протоколе судебного заседания на листе дела 169, гражданского дела № 2-1387/06, мои слова на самом деле отражены следующим образом: «… мы с Г М.М.

пришли в правление ДНТ с заявлениями, это были устные заявления и это было занесено в наши карточки» Кроме того, в протоколе указано, что: «… мы с Гордон расписались в своих карточках» (л.д. 160).

Обстоятельство того, что указанные сведения обвиняемые узнали только 13 ноября 2006 года в судебном заседании не подтверждаются материалами дела.

В объяснении по иску от 6 февраля 2008 года клевета в мой адрес повторяется в третий раз. Ранее такая же клевета содержалась в следующих документах:

– заявлении Г В.Ф., С Ю.Н. и Т Е.М. в правление ДНТ «Здоровый отдых» от 6 ноября 2005 года (л.д. 112-113)
заявлении Я Г.В. в правление ДНТ «Здоровый отдых» от 13 сентября 2005 года (л.д. 199) в протоколах заседаний правления ДНТ «Здоровый отдых» от 6 ноября 2005 года (л.д. 34,48,49,71,117,159).

– в выступлении Г В.Ф. в судебном заседании Солнцевского районного суда 15 мая 2006 года (гр. дело «№ 2-1387/06).
Таким образом, подсудимые сами заявили, указанные выше сведения, носящие клеветнический характер за год до заседания Солнцевского районного суда, которое состоялось 13 ноября 2006 года и где они, якобы впервые, узнали об исправлении мною карточек.

Таким образом, утверждения подсудимых о том, что им стало известно об исправлении мною площадей земельных участков в моей личной карточке только из моего выступления в судебном заседании 13 ноября 2006 г. является вымыслом и опровергается вышеназванными доказательствами.

Выступления подсудимых в судебном заседании 140 судебного участка ввело суд в заблуждение и привело к постановлению приговора, противоречащего обстоятельствам дела.

Порочащие меня сведения обвиняемые распространяли в течение 2005-2009 гг. неоднократно и нанесли вред моей репутации, чести и достоинству.

Суд дал неверную юридическую оценку действиям подсудимых.
Делая вывод о том, что приобщение подсудимыми объяснений к материалам гражданского дела не является распространением порочащих сведений и носят характер субъективной точки зрения стороны по делу, не учёл требования закона.

Согласно норме ст. 129 УК РФ, для наличия состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 129 (клевета) УК РФ необходимо присутствие 3-х признаков: факт распространения сведений о потерпевшем, порочащий характер сведений и заведомо ложный характер этих сведений.

Согласно норме закона, распространением сведений является сообщение их в любой форме хотя бы одному лицу помимо самого потерпевшего. Для состава клеветы необходимо, чтобы порочащие сведения были ложными, т.е. не соответствовали действительности. Кроме того, виновник должен сознавать ложность этих сведений.

То обстоятельство, что сведения были сообщены хотя бы одному постороннему лицу помимо меня не вызывает сомнения, поскольку были сообщены достаточно большому кругу лиц и этому есть подтверждения.

Так 6 ноября 2005 года на заседании правления ДНТ «Здоровый отдых» участвовало 12 человек и эти сведения были сообщены им в представленных обвиняемыми заявлениях.

Кроме того, сведения были сообщены в 2005 году составу суда судебного участка № 142 при рассмотрении спора о земельном участке, так же сообщены составу суда при рассмотрении в Солнцевском районном суде гражданского дела № 2-1387/06.

Обстоятельство того, что распространение сведений о том, что я подделываю и исправляю документы с целью увеличения площади моего земельного участка не могут не порочить мою репутацию и бросать тень на мою личность как участника Великой Отечественной Войны, Ветерана Вооруженных Сил, подразделений особого риска и оборонной промышленности, награждённого 8-ю орденами 24 медалями СССР и России, вызывая сомнения в моей честности.

О том, что сообщенные обвиняемыми сведения ложны, свидетельствуют вышеназванные доказательства, которые имеются в материалах дела. Достоверных доказательств того, что я сам умышленно исправлял записи в карточке, у суда не имеется.

Ложность доводов обвиняемых о том, что сведения им стали известны от меня самого в ходе судебного заседания по гражданскому делу, вытекает также из вышеназванных документов и доказательств. Соответственно, обвиняемые, сообщая сведения о подделке, которое стало им известно якобы от меня, заведомо сознавали ложность своих высказываний.

Вывод суда о том, что я не предоставил доказательств, свидетельствующих о том, что информация, содержащаяся в объяснениях обвиняемых, каким-либо образом подорвало мою репутацию, является незаконным.

Закон не содержит обязательного требования о том, чтобы потерпевший представлял доказательства того, как и насколько пострадала его репутация. Понятие репутации, так же чести и достоинства, присуща человеку и гражданину от рождения и гарантирована Конституцией РФ и Международной Конвенцией по правам человека.

Суд при вынесении оправдательного приговора, не исследовал все доводы, по которым я просил привлечь к уголовной ответственности за клевету обвиняемых и которые указаны в приговоре.

А именно, «… что я произвёл незаконные исправления в документах: в протоколе общего собрания; в своей личной карточке; увеличил площадь своего земельного участка; полностью перекраивает порядок пользования земельным участком…»

Все допущенные судом нарушения являются исчерпывающими основаниями для отмены состоявшегося оправдательного приговора и пересмотра уголовного дела в отношении всех обвиняемых. Считаю, что судом, при вынесении приговора, не были исследованы все обстоятельства дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 361, 363 УК РФ,

Прошу:

Приговор Мирового судьи судебного участка № 140 г. Москвы от 15 марта 2010 года, которым обвиняемые Г; Т; Я; С по ч.1 ст. 129 УК РФ оправданы, отменить и пересмотреть дело с вынесением обвинительного приговора в отношении всех обвиняемых.

Источник: https://www.urprofy.ru/node/1574

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.