Вина в уголовном праве

Понятия

Вина в уголовном праве

Бытко Юрий Ильич – заслуженный юрист РФ, доктор юридических наук, профессор, кафедра уголовного и уголовно-исполнительного права СГАП.

Сравнительный анализ норм УК РФ (далее – УК) и УПК РФ (далее – УПК), регламентирующих процедуру назначения наказания судом присяжных, убеждает в том, что вина в УПК понимается иначе, чем в УК. Известно, что ни в УК, ни в УПК понятие вины не определяется, хотя относится к числу фундаментальных понятий уголовного и уголовно-процессуального права.

Из содержания ст. ст. 24 – 27 УК можно сделать однозначный вывод: действующий УК РФ исповедует психологическую концепцию вины, в соответствии с которой вина исчерпывается двумя формами – умыслом и неосторожностью.

В рамках первой из этих форм УК различает два вида умысла – прямой и косвенный (ст. 25), в рамках второй – два вида неосторожности – легкомыслие и небрежность (ст. 26).

Статья 27 УК называет еще одну форму вины – двойную, когда виновный, умышленно совершая общественно опасное деяние, к его последствиям относится неосторожно.

Однако такое сочетание умысла и неосторожности в одном преступлении самостоятельной формой вины можно считать с оговорками, поскольку ее, во-первых, формирует сочетание все тех же умысла и неосторожности, во-вторых, в целом такое преступление признается умышленным.

При этом ни в уголовно-правовой теории, ни в уголовном законодательстве вина не рассматривается в качестве основания уголовной ответственности. В соответствии со ст. 8 УК таким основанием является деяние, содержащее все признаки состава преступления, предусмотренного Кодексом. Проще говоря, основанием уголовной ответственности является состав определенного преступления.

Общепринято, что состав преступления – это совокупность объективных и субъективных признаков, которые в соответствии с законом характеризуют деяние как преступление. Вина выступает одним из элементов субъективной стороны – одного из элементов состава преступления. Для теоретиков, исповедующих психологическую концепцию вины, приведенные положения являются аксиоматичными .

КонсультантПлюс: примечание.

Учебник “Уголовное право Российской Федерации. Общая часть” (под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева) включен в информационный банк согласно публикации – КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2008 (второе издание, переработанное и дополненное).

Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 1999. С. 59; Наумов А.В. Российское уголовное право: В 3 т. 4-е изд. М., 2008. Т. 1. Общая часть. С. 293; Трайнин А.Н. Общее учение о составе преступления. М., 1957. С. 59 – 60; Уголовное право России: В 2 т. / Под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. 2-е изд. М., 2008. С. 113; Уголовное право России. Общая часть / Под ред. А.И. Рарога. М., 2009. С. 71.

Здесь важно обратить внимание на то, что и УПК основанием уголовной ответственности также называет состав преступления. В частности, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст.

24 Кодекса уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления (прекращение уголовного дела влечет за собой одновременно прекращение уголовного преследования – ч. 3 ст. 24 УПК). И в ч. 2 ст.

302 УПК сказано, что оправдательный приговор постановляется в случае отсутствия в деянии подсудимого состава преступления.

Между тем понятие состава преступления в УПК, как и в УК, не определяется. Выяснить, какое содержание вкладывает законодатель в это словосочетание в УПК, невозможно. С определенностью можно утверждать лишь то, что здесь состав преступления, как и его соотношение с виной, понимается иначе, чем в УК. Об этом свидетельствует следующее. В ч. 1 ст.

299 УПК в числе вопросов, разрешаемых судом при постановлении приговора, отсутствует вопрос о наличии или отсутствии в деянии подсудимого состава преступления. Пункт 4 части 1 этой статьи требует ответа на вопрос: виновен ли подсудимый в совершении этого преступления, а п.

3 – является ли совершенное деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей УК оно предусмотрено. По существу в п. 3 речь идет о квалификации преступления, которая, как известно, осуществляется в рамках состава преступления.

В то же время постановка вопроса о виновности в уголовно-правовом значении этого слова корректна только в контексте состава преступления как обязательной юридической конструкции, созданной исключительно для целей описания и квалификации преступлений.

Таким образом, очевидно, что в нормах УПК, регламентирующих деятельность суда присяжных, законодатель вынес вину за рамки состава преступления и по существу, вопреки положениям ст. 8 УК, признал вину, а не состав преступления основанием уголовной ответственности. Дело в том, что в соответствии с ч. ч. 1 и 2 ст.

348 УПК оправдательный и обвинительный вердикты коллегии присяжных обязательны для председательствующего и влекут за собой постановление им в первом случае оправдательного приговора, во втором – обвинительного.

Исключение составляют случаи, когда при обвинительном вердикте присяжных председательствующий признает, что деяние не содержит признаков преступления, не установлено событие преступления, не доказано участие подсудимого в совершении преступления (ч. 5 ст. 348 УПК).

Но и тогда он не вправе аннулировать обвинительный вердикт, а обязан вынести постановление о роспуске коллегии присяжных и направлении дела на новое рассмотрение иным составом суда со стадии предварительного слушания (ч. 5 ст. 348 УПК).

Очевидно, что в УПК законодатель отходит от психологической концепции вины. Об этом свидетельствует и следующее. Во-первых, в соответствии с ч. 2 ст. 302 УПК оправдательный приговор постановляется в случае, если в деянии подсудимого отсутствует состав преступления. Оправдание по данному основанию, как и по другим названным в ч. 2 ст. 302 УПК, означает признание его невиновным.

Иными словами, в соответствии с положениями УПК, если в деянии подсудимого отсутствует состав преступления, он должен быть признан невиновным и освобожден от уголовной ответственности.

Между тем в соответствии с положениями УК все обстоит наоборот: отсутствие вины субъекта влечет за собой признание отсутствия в его деянии состава преступления и в связи с этим – освобождение его от уголовной ответственности.

Во-вторых, исповедуя психологическую концепцию вины, УК вопрос о вине формализовал до предела посредством сведения ее к двум четким формам – к умыслу и неосторожности (ст. ст. 24 – 27). Причем ни одна из статей Кодекса не дает основания для вывода о том, что вина субъекта в совершенном преступлении может быть большей или меньшей . Иными могут быть не ее величина, размер, а форма.
Сторонником мнения о том, что вина имеет масштаб, что она может быть большей или меньшей, является В.В. Мальцев (см.: Мальцев В.В. Наказание и проблемы его назначения в уголовном праве. Волгоград, 2007. С. 182).

санкций норм Особенной части УК позволяет говорить лишь о том, что в ряду названных форм вины более опасной является умышленная, поскольку за умышленные преступления предусмотрены более строгие наказания. Однако некорректно было бы утверждать, что в рамках одной и той же формы вины один субъект более, а другой менее виновен, поскольку законодатель для этого не дает никаких оснований.

Таким образом, действующий УК использует для обозначения определенных явлений понятия, исключающие масштабность, возможность варьирования величиной определяемых явлений. К таковым относятся, в частности, понятия справедливости, гуманизма, основания уголовной ответственности, вины и др.

Это означает, что вина или наличествует, или отсутствует, но она не может быть меньшей или большей.

Законодатель, прибегая к такой формализации, стремится свести к минимуму субъективизм судей при решении самого главного вопроса – о виновности или невиновности субъекта.

В соответствии с положениями УК уместно говорить не о большей или меньшей вине или степени виновности, а о более опасной (умысел) и менее опасной (неосторожность) форме вины.

Между тем в ряде статей УПК закреплено требование учета не просто вины, но ее степени, величины, масштаба. В частности, в соответствии с ч. 3 ст. 339 УПК после основного вопроса о виновности подсудимого присяжным могут ставиться частные вопросы о таких обстоятельствах, которые влияют на степень виновности либо изменяют ее характер. Об этом же утверждается и в теории .

См., напр.: Белкин А.Р. Производство по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей // Курс уголовного судопроизводства: В 3 т. / Под ред. В.А. Михайлова. М., 2006. Т. 2. Досудебное и судебное производство. С. 700; Мельник В.В. Особенности производства с участием присяжных заседателей // Уголовный процесс / Под ред. А.В. Гриненко. 2-е изд. М., 2008. С. 368.

О степени и характере виновности говорится также в п. 3 ст. 339 УПК. Что имеется в виду под степенью и характером виновности, неизвестно. В отношении характера виновности можно сделать предположение, что речь идет о разных формах вины – умысле и неосторожности.

А в отношении степени вины невозможно построить даже какие-либо догадки. Ясно лишь то, что авторы норм УПК скопировали положение о степени виновности из Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. И это похвально.

Однако не следует забывать, что названный закон, в отличие от действующего УК, основывался на оценочной концепции вины. И именно поэтому А.Ф. Кони писал: “…

присяжных спрашивают не о том, совершил ли подсудимый преступное деяние, виновен ли в том, что совершил его; не факт, а внутренняя его сторона и личность подсудимого в нем выразившаяся, подлежат их суждению” .

Кони А.Ф. Собр. соч. М., 1967. Т. 4. С. 200.

Основной контраргумент критиков оценочной концепции вины сводится к тому, что при наличии в деянии виновного состава преступления суд может и не признать его виновным в совершении преступления, выявив основания для вывода о том, что деятель не заслуживает отрицательной морально-политической оценки, т.е. эта концепция предоставляет суду широкое усмотрение, что чревато как необоснованным привлечением к уголовной ответственности одних – невиновных, так и необоснованным освобождением от уголовной ответственности других – виновных.

Однако эта концепция представляется более справедливой, поскольку в ее основание положены не чисто формальные психологические феномены в виде умысла или неосторожности, которые, кстати, не поддаются непосредственному восприятию органами чувств человека. О них мы можем судить лишь по объективным свойствам совершаемого деяния.

Между тем оценочная концепция вины базируется на присущем каждому человеку от рождения нравственном начале – представлении о добре и зле, о плохом и хорошем. Чтобы оценить социальную сущность и социальную значимость любого человеческого поведения, вовсе не обязательно быть психологом, социологом, юристом. Именно эта истина положена в основу суда присяжных.

Применительно к деятельности суда присяжных виновность в соответствии с нормами УПК РФ означает убежденность присяжных в том, что совершенное деяние является в высшей степени безнравственным, и именно поэтому субъект виновен в том смысле, что заслуживает уголовной, но не иной ответственности. Суждению присяжных, таким образом, подлежит не юридический вопрос о форме вины в смысле ст. ст. 24 – 27 УК, а вопрос факта – о соответствии или несоответствии совершенного деяния общепринятым нормам нравственности, о степени нравственного падения субъекта.

В связи с этим обоснованным представляется вывод том, что основанием уголовной ответственности по делам, рассматриваемым судом присяжных, в соответствии с нормами УПК РФ, является не состав преступления в духе ст.

8 УК, а вина не в психологическом ее понимании, а как социальная вредность, социальное зло содеянного, о чем свидетельствуют не только психологическое отношение деятеля к деянию и его последствиям в форме умысла или неосторожности, но вся совокупность иных субъективных (мотивы, цели, эмоции), а также объективных признаков (место, способ, обстановка, обстоятельства, орудия).

Другими словами, суд присяжных, решая вопрос о виновности или невиновности субъекта, должен оценить содеянное с точки зрения его соответствия (несоответствия) нравственным принципам.

Таким образом, нормы УПК, регламентирующие деятельность суда присяжных, основаны на оценочной концепции вины, которая представляется более отвечающей демократическому духу такого суда.

Кроме того, Россия не может избежать установления уголовной ответственности юридических лиц, а суд присяжных с участием в его деятельности представителей малого и среднего бизнеса (людей среднего достатка) в связи с этим был бы одним из действенных инструментов противодействия преступной деятельности корпораций.

Источник: https://WiseLawyer.ru/poleznoe/51240-ponyatiya-vina-vinovnost-normakh

Вина в уголовном праве формы вины и понятие – АБ

Вина в уголовном праве

Точного определения понятия “Вина”, нет в Уголовном кодексе РФ, оно раскрывается в теории уголовного права. В каждой стране это понятие трактуют по-своему.

Спросите любого юриста: “Что такое вина в уголовном праве?” Каждый из них предоставит свою версию определения. Но скрытый смысл у всех будет одинаковый.

Под виной в уголовном праве понимается отношение непосредственно преступника к совершенному преступлению, и последствиям, наступившим после совершения противоправного деяния.

Формы вины в уголовном праве:

Вину в уголовном праве можно поделить на две ветви: умышленное причинение вины или неосторожное. В свою очередь, умышленную вину (умысел), тоже можно разделить на прямую и косвенную. Теперь стоит разобраться, в чем разница.

Прямой умысел, это когда человек, например, спланировано и осознанно убивает другого, зная, что ему за это будет, если он будет задержан, и все равно не отказывается от своей цели.

А вот косвенная вина, это, например, стрельба в толпе людей.

То есть, человек понимает, что это противозаконно, и он может кого-нибудь убить, но безразлично относится к возможным последствиям своего противоправного поведения.

А теперь о неосторожной вине.

Тут можно привести такой пример, человек курит вблизи заправочной станции, тут неожиданно происходит возгорание или взрыв, который влечет за собой большой материальный вред хозяину станции.

Другими словами, это вина, которая подтверждается небрежностью и легкомысленностью преступника, который не подумал о возможности наступления негативных последствий от своего поведения.

Легкомыслие представляет собой надежду на то, что в любой момент можно предотвратить плачевные последствия.

Вот – самый распространенный пример легкомыслия: водитель, который только обзавелся правами на разрешение вождения транспортным средством, но не имеет опыта такого вождения, выезжает на дорогу, и нарушая правила дорожного движения, значительно превышает скорость.

Он при этом уверен в том, что никаких негативных последствий не наступит. Однако, если он попадет в ДТП, могут пострадать люди, им могут быть причинены телесные повреждения, смерть, возникнет преступление, причиной которого стало легкомыслие и самоуверенность.

Из чего же состоит вина в уголовном праве, понятие?

Когда дело доходит до расследования уголовного дела, то самую большую часть времени приходится выяснять элементы субъективной стороны преступления, т.е. вины. Иногда везет, и они выясняются на первых этапах расследования. Пример такой: находят умершего человека в собственной квартире, может быть несколько вариантов, даже несчастный случай.

Тело отправляют к судмедэкспертам, которые выясняют причину смерти лица. Если смерть была насильственной, то сразу очевидно, что это убийство, которое может быть умышленным или неосторожным.

Разработав версии, устанавливается мотив преступления, круг лиц, которым была интересна или выгодна смерть лица, возможно ли совершение преступления из корыстных побуждений, либо из мести, вариантов масса. Необходимо выяснить, с кем общался умерший, пропали ли из квартиры дорогие вещи, либо документы.

Срок наказания за убийство в значительной мере зависит от обстоятельств и причин убийства. При отягчающих обстоятельствах наказание может оказаться пожизненным лишением свободы, а при неосторожном убийстве даже нескольких лиц не превысит 8 лет.

Нужно отметить, что неважно, на какую сумму было похищено имущество, наше законодательство не завязывает тяжесть наказания за убийство с размером похищенного. Вот пример из практики: банда подростков напала на ни в чем неповинного мальчика, от ножевого ранения он скончался. Когда осматривали труп, на нем не было ремешка от часов, которые он постоянно носил.

Банду поймали, при обыске в квартире ремешок найден не был. Тогда следственная группа отправилась на место преступления, под толщей земли нашли этот ремешок. Это, хотя бы исключило вариант убийства из корыстных побуждений, что спасло банду отморозков от пожизненного заключения.

вроде подумать, простой ремешок, но он явился в этом случае квалифицирующим признаком преступления и материальной ценностью.

В исключительных случаях, даже доказанность вины в совершении уголовно наказуемого деяния, не дает возможности суду лишить свободы обвиняемого. Самый простой пример – правонарушение совершил несовершеннолетний, моложе возраста, с которого наступает уголовная ответственность по УК РФ (16 лет – общая, по некоторым преступлениям – 14 лет).

И даже если заведомо известно, что несовершеннолетний совершил преступление, дело все равно будет расследоваться, вина в деянии установится, только преступник будет освобожден от ответственности в связи с недостижением виновного лица возраста уголовной ответственности.

В этой ситуации подросток ставится на учет в Отделах по делам несовершеннолетних при ОВД, за ними ведется наблюдение специалистов.

Таких преступлений с каждым годом становится все больше и больше, по мнению юристов, пора уже изменить этот пункт в законодательстве, и понизить 14-летнюю планку наступления уголовной ответственности за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, которая запрещает судить несовершеннолетних.

Источник: http://www.BuroAdvocatov.ru/vina-v-ugolovnom-prave-formy-i-ponyatie/

Сравнительное уголовное право

Вина в уголовном праве

За редким исключением (УК Беларуси, Туркменистана, Украины) законодатель не дает общего определения вины, а только ее конкретных форм и видов. Эта задача решается в теории, причем в большинстве государств не наблюдается единства в доктринальном определении рассматриваемого института.

В уголовном праве стран СНГ, а также некоторых социалистических и постсоциалистических стран под виной понимается психическое отношение лица к совершаемому общественно опасному деянию, выраженное в форме умысла или неосторожности

В странах континентальной системы наличие вины является обязательным условием наступления уголовной ответственности. Принцип виновной ответственности является одним из «краеугольных камней» классической школы уголовного права.

Напротив, в англо-американском уголовном праве существуют преступления, для которых виновность не является обязательным элементом. Ответственность за такие преступления получила название «абсолютной», или «строгой». Для привлечения к уголовной ответственности в данном случае достаточно констатировать совершение лицом определенного в статуте действия либо бездействия.

В большинстве стран англо-американского права строгая ответственность, будучи исключением из общего правила, применяется только в случаях, специально предусмотренных законом. Например, в ст.

22 (алеф) Закона об уголовном праве Израиля содержится следующая норма: «Лицо будет нести строгую ответственность за преступление, если в законодательном акте указано, что такое преступление не требует доказывания преступного замысла либо небрежности».

В США Примерный Уголовный кодекс в качестве общего правила предусматривает, что лицо не может быть осуждено, если не доказана его виновность в отношении каждого материального элемента совершенного им деяния.

Поэтому строгая ответственность в виде исключения допускается только в двух случаях: а) когда совершено незначительное посягательство (нарушение), караемое штрафом; б) если деяние предусмотрено не Кодексом, а другим статутом, в котором прямо выражена воля законодателя возложить строгую ответственность за его совершение.

Указанные положения Примерного УК были восприняты в законодательстве не всех американских штатов, поэтому в некоторых из них рассматриваемый институт используется гораздо шире.

В самой Англии институт строгой ответственности статутным правом вообще не урегулирован и его действие им прямо не предусматривается. Поэтому нередко вопрос об отнесении того или иного деяния к преступлениям строгой ответственности решается самими судами (что, впрочем, имеет место и в некоторых штатах США).

По своей сути строгая ответственность является не объективным вменением, а опровержимой презумпцией виновности. Если обвиняемый докажет отсутствие своей вины, он не подлежит наказанию.

Необходимо отметить, что институт строгой ответственности критически оценивается многими юристами стран системы общего права.

Так, его противники в США настаивают на том, что ответственность без вины противоречит основным принципам уголовного права и Конституции США, в частности, требованию «надлежащей правовой процедуры», зафиксированному в 5-й и 14-й поправках, что установление строгой ответственности не оказывает предупредительного воздействия, не говоря уже о ее несправедливости.

Однако Верховный Суд США в своих решениях, начиная с 1849 года (одно из последних 1975 года), неизменно отклонял требования о признании противоречащим Конституции США законодательства, содержащего нормы об установлении строгой ответственности.

Во всех странах континентального права теория и уголовное законодательство различают две формы вины: умышленную и неосторожную. В свою очередь, умысел принято подразделять на прямой и косвенный, а неосторожность — на преступную самонадеянность (легкомыслие) и преступную небрежность.

Кроме умысла и неосторожности, уголовное законодательство Андорры, Италии, а также ряда стран Латинской Америки предусматривает третью форму вины — претеринтенционалъностъ.

Деяние признается претеринтенциональным, когда действие или бездействие порождает вредный результат, более тяжкий, чем тот, которого желал субъект.

Такая формулировка напоминает понятие смешанной или двойной формы вины, предусмотренной в УК стран СНГ, однако в случае претеринтенциональной вины в законе нет указания на то, что отношение субъекта к более тяжким последствиям должно быть неосторожным.

УК Франции предусматривает в качестве отягчающего обстоятельства особый вид умышленной вины — предумысел.

Под ним законодатель понимает умысел, сформировавшийся до действий по совершению определенного преступления или проступка.

Предумысел является конструктивным признаком тяжкого убийства, квалифицирующим признаком применения пыток и ряда других деяний. Такую же форму вины предусматривают УК стран, воспринявших французскую концепцию.

В большинстве стран континентальной системы права законодатель с разной степенью подробности раскрывает содержание форм вины, а иногда и их видов.

В УК большинства стран СНГ, а также Албании, Болгарии, Вьетнама, Кубы, Лаоса, КНР формула вины включает признак сознания общественной опасности. В УК Молдовы (ст. 17) для наличия умышленной вины лицо должно осознавать «вредный характер своих действий или бездействия».

Признак уголовной противоправности включен в формулу вины в УК Грузии. В Кодексах Бразилии, Гватемалы, Латвии, Румынии, Сан-Марино, Финляндии говорится о предвидении и желании наступления «последствий» или «результата» без какого-либо уточнения характера последних.

УК Эстонии дает не психологическое, а нормативное определение вины лицо признается виновным в совершении деяния, если оно деликтоспособно и отсутствуют предусмотренные настоящим разделом обстоятельства, исключающие вину.

Уголовные кодексы Андорры, Германии, Испании, Мексики, Перу, Республики Корея, Японии, а также Франции и большинства ее бывших колоний лишь указывают на различные формы вины без какого-либо раскрытия их содержания.

По УК стран большинства СНГ деяние, совершенное по неосторожности признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК (или иной нормой уголовного закона).

Английское уголовное законодательство не содержит определения вины и к форм. Природа этого элемента в каждом конкретном преступлении своя, однако судебная практика и теория все же выделяют такие типичные формы «виновного со стояние ума», как намерение, неосторожность и небрежность. При этом различия между двумя последними формами имеют весьма запутанный характер.

В США общего определения вины или хотя бы ее отдельных форм не выработано ни теории, ни в законодательстве.

Согласно Примерному Уголовному кодексу США за исключением случаев абсолютной ответственности, «лицо не является виновным в совершении посягательства, если оно не действовало с целью, заведомо, опрометчиво или небрежно, в зависимости от того, что требуется по закону в отношении каждого из материальных элементов этого посягательства». С большой долей условности можно сказать что эти четыре формы вины приблизительно соответствуют прямому и косвенному умыслу, преступной самонадеянности и небрежности в континентальном уголовном праве.

В более или менее модифицированном виде нормы о виновности, предложенные авторами Примерного УК, были включены в уголовное законодательство некоторых штатов. Так, УК штата Нью-Йорк предусматривает следующие четыре формы вины: «намерение», «заведомость», «неосторожность» и «преступная небрежность».

В уголовном законодательстве большинства стран — бывших британских колоний отсутствуют четкие положения, которые раскрывали бы понятие вины, как и четкие критерии разграничения ее различных форм.

Законодатель также ничего не говорит о значении вины как одного из необходимых условий уголовной ответственности. Такое положение вытекает из конструкции самого понятия преступления т деяния, содержащего материальный и моральный элементы.

Указания о наказуемости деяний с той или иной формой вины содержатся обычно в соответствующих нормах Особенной части УК и иных законов.

Определенным своеобразием отличается трактовка вины как условия ответственности в мусульманском деликтном праве. По общему правилу ответственность здесь, как и в других системах права, носит личный и индивидуальный характер.

Однако из этого правила имеются исключения.

В соответствии с нормами шариата, если убийца неизвестен, то отвечают за убийство жители селения или квартала, или владелец, на земле которого найден убитый, но в этих случаях применяется только «выкуп за кровь» (дийа), а не «воздаяние равным» (кисас).

Это положение, в частности, отражено в УК Йемена, согласно которому, «если убитый найден в доме или придающем к нему саду, который принадлежит или находится в распоряжении определенного лица, этот последний и его клан (родственники) ответственны за выплату полной компенсации, если только наследники убитого не обвинят других лиц».

Источник: https://isfic.info/sravn/gran49.htm

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.