Воровское

Комсомол воровского хода. Что такое АУЕ и чем опасны эти три буквы. «Страна», Украина

Воровское

Это относительно новая молодежная субкультура, имеющая истоки в тюремной среде. Расшифровывается сокращение просто, но в нескольких вариантах, которые, впрочем, не отличимы по смыслу. «Арестантский Уклад Един», «Арестантское Уркаганское Единство» и «Арестанты Упрямы (и) Едины».

«Страна» выяснила, кто и зачем популяризирует криминальную культуру среди украинской молодежи.

Ауе в россии назвали «проблемой национальной безопасности»

О движении АУЕ широко заговорили в последние несколько лет, после того как забили тревогу в соседней России. В 2015-2016 годах в российских СМИ стали появляться статьи о новом и опасном явлении – АУЕ, – которое быстро распространяется среди подростков, особенно в неблагополучных городах за Уралом.

В декабре 2016 года на заседании Совета по правам человека России его ответственный секретарь Яна Лантратова назвала распространение идеологии АУЕ «проблемой национальной безопасности», требующей «немедленного разрешения».

Лантратова, как пишет «Медуза», рассказала присутствовавшему на заседании Владимиру Путину, что в российских тюрьмах сидят люди, которые через «смотрящих» устанавливают в спецшколах и интернатах «свои порядки»: подростков заставляют сдавать деньги в общак, а тех, кто не может этого сделать, переводят в разряд «опущенных».

Более того, за многими недавними нападениями подростков на школы в РФ, по данным российских правоохранителей, стоит также АУЕ. В Совете Федерации даже предложили принять закон о запрете пропаганды криминальной субкультуры.

Ауе приходит в украину

В нашей стране это явление пока менее известно, однако тоже присутствует.

Причем первые упоминания о субкультуре АУЕ относятся еще к довоенной поре – примерно за два года до Майдана группы с таким названием начали появляться в украинском сегменте социальной сети «ВКонтакте».

Темы для обсуждений в таких группах крутились вокруг «понятий» – неписаных правил поведения заключенных в любых ситуациях, а также откровенно хвалебных рассказах о жизни известных криминальных авторитетов, в первую очередь – «коронованных» ворах (известных под названием «воры в законе». – Прим. ред.).

Возраст участников таких групп варьировался от 13 до 18 лет, однако были люди и постарше. Как правило, это были администраторы и «случайные» посетители «АУЕшных» групп, делившиеся своим опытом отбывания срока «на зоне».

Время от времени администраторы групп призывали участников скидываться на «грев арестантам», предусмотрительно публикуя номера банковских карточек и клятвенно обещая отчитаться за передачу собранных денег заключенным.

«Мы – стремляги»

АУЕ в Украине не ограничивается социальными сетями, а уже пустила корни в реальный мир. Через интернет «Страна» познакомилась с несколькими представителями АУЕ и предложила встретиться.

Парни готовы рассказывать о своих идеалах, но фотографироваться и называть свои фамилии «АУЕшники» наотрез отказываются, мол, настоящим «стремлягам» это не по «понятиям». В этом месте стоит расшифровать, что такое «стремляги».

Это сокращенное слово от «стремящиеся» – к криминалу и помогающие воровскому «ходу» (воровским кланам и заключенным. – Прим. ред.).

Наши собеседники – пятнадцатилетний Максим В. и семнадцатилетний Юрий Ж. Встречаемся с ними на окраине Одессы – в районе «Сахарного поселка».

Этот поселок уже «как-бы» Одесса, но не совсем – до центра далеко, а муниципальные власти особо не заморачиваются благоустройством этого района.

Здесь издавна селились «заробитчане» из сел, которые приезжали в крупный областной центр в поисках лучшей жизни.

Многие из бывших приезжих, приложив все силы, поднимались вверх по социальной лестнице и переезжали в более респектабельные районы города.

Однако большая часть так и осталась «на Сахарном» – улицы здесь напоминают лабиринт из одноэтажных домов, так как изначально поселок представлял собой самострой, планировки никакой не было.

На окраинах «Сахарного» до сих пор можно встретить убогие лачуги, построенные из «того что было».

Собственно, район «Сахарного» – не самые неблагополучный из окраинных поселков Одессы. Есть и хуже, например, так называемый поселок ПМС – заброшенная путевая машинная станция Одесской железной дороги поблизости от автотрассы Одесса – Киев. В таких поселках до сих пор нет ни канализации, ни централизованного электроснабжения.

Жители ПМС – бывшие путейцы, которые до сих пор живут в полупрогнивших вагонах, приспособленных под жилье. С дощатыми общими туалетами типа «М/Ж» на много «очок» и заваленными мусором окрестностями. Есть и другие такие же «заброшки», в которых десятилетиями живут «почти одесситы».

Оба моих собеседника – как раз из таких полузаброшенных неблагополучных поселков под Одессой.

«Сахарный поселок» – для них это уже цивилизация.

Оба парня одеты непримечательно – в серые китайские куртки, черные штаны и серые кроссовки. Общее в их внешности – отсутствие столь любимых современной молодежью ярких вещей. Оба то и дело «солидно» сплевывают сквозь зубы.

Походка у обоих парней «на шарнирах» – враскачку, оба сопровождают свои слова довольно странными жестами – меня не оставляет впечатление, что парни явно подражают киношным «уркам», а сами мальчишки своеобразные «ролевики», вроде «толкиенистов», только по «уркаганской» теме.

У обоих парней есть и мамы и папы. Опыт криминала есть в истории лишь одной семьи – Юрия. У его отца за плечами – два отбытых срока, за кражи. К тому же мать и отец давно разведены, Юрий живет с мамой. Но между семьями парней есть и сходство – отцы парней безработные. Мать Максима работает продавцом в сетевом супермаркете, мать Юрия – реализатор на промрынке «7-й километр».

– Мы – «стремляги». АУЕ – это по ходу, в основном понятия. Как правильно жить, – сразу заявляет старший из моих собеседников – Юрий.

– А что значит «правильно» жить? – спрашиваем.

Парни мнутся и явно подыскивают слова для определения, что такое АУЕ и «понятия».

– Ну, – тянет Максим, – АУЕ – это «Арестантский Уклад Един». Понятия – это правила жизни. Жить нужно не так, как пидоры, а как настоящие люди. Помогать арестантам, кидать им грев. С мусорами, козлами и пидорами, не общаться, не дружить, не здороваться за руку. С шерстью всякой не общаться. В общем, не делать то, что западло. Это все «наши» четко знают.

– А что в вашем представлении «пидоры», «шерсть» и «козлы»? Что еще западло? – задаю встречный вопрос.

– Сейчас почти вся молодежь живет, как пидоры. Пацаны в городе носят косички, как бабы, тоннели в ушах делают, сережки носят, волосы красят. Невозможно отличить от настоящих пидоров. Да многое по понятиям АУЕ западло.

Например, настоящим пацанам лучше не носить яркие вещи, особенно красное. Лучше не жрать колбасу, морковку. Они – как х..й, западло. Красное жрать нельзя – это цвет «шерстяной» масти. «Шерсть» – это те, кто помогают мусорам, красные повязки надевают в зонах.

В общем – это любая власть», – загибает пальцы Максим.

У обоих мальчишек уже есть «опыт» криминальных поступков. Максим признается в нескольких приводах в полицию – состоит на учете за несколько мелких краж из супермаркетов. У Юрия – более «солидный» опыт, есть условный срок за мелкое хулиганство – драку и телесные повреждения.

– В «хату» уже заезжал, на ИВС (изоляторе временного содержания. – Прим. ред.). Правда, на трое суток. За драку… Правда, отпустили быстро, дали условно год… – нехотя признается старший из парней, Юрий.

– Ну и как? Понравилось за решеткой? – спрашиваю я.

Этот вопрос Юрию явно уже задавали. Может, полицейские, а может – родители. Очевидно, что этот случай уже обдуман парнем, поэтому отвечает он уклончиво, пытаясь не противоречить своим «понятиям».

– Везде люди есть. Можно жить по-человечески везде. Главное, не косячить. Ни на воле, ни на тюрьме. Любой на тюрьму заехать может, гарантии никакой нет. Но, если честно, на воле лучше. Больше заезжать на тюрьму не хочу. Но понятия нужно соблюдать везде. Поэтому мы поддерживаем движ АУЕ. На грев скидываемся – потом его старшие передают на зоны.

«Старшие», по словам моих собеседников, – это некие «положенцы» – «смотрящие» над «стермлягами» от «Воров». Юных приверженцев АУЕ, дескать, немного.

«Кроме нас двоих, есть еще человек десять у нас на районе с «понятиями». Над нами есть «старший». Погремуха – «Ахмет». Он вообще с «поскота (поселка Котовского в Одессе. – Прим. ред.), из бригады. Под ним там человек десять пацанов взрослых ходят. Старшим его назначил вор (в законе. – Прим. ред.) Хромой.

(Видимо, речь идет о Миндии Горадзе, он же Лавасоглы Батумский – один из кавказских воров, который претендует на пост «смотрящего» по Одессе. – Прим. ред.). Что он скажет – должно быть сделано. Раз–два в месяц Ахмет грев собирает на зону. Сбор на грев – это каждый из наших пацанов должен отдать долю арестантам.

Можно сигаретами, можно – чаем, но лучше деньгами. В среднем по сто – двести гривен скидываемся. В целом, с нашей толпы выходит по тысяче-полторы гривен. Откуда деньги берем? Ну, кто-то подрабатывает, кто-то ворует. Есть такое понятие – если не можешь заработать и помочь своим, иди воруй. Если ты пацан. Пару пацанов из наших помогают старшим.

Чаще на стреме стоят, если честно. Другие – номера снимают с лохов по ночам. Наркотики – не употребляем. Ну разве что травы можно курнуть иногда. Трава – это не наркота. Но наркоманов – закладочников мы не уважаем. Хотя и не трогаем. Ахмет сказал, что если где увидим нарика, который «мутит закладки» (прячет тайники с наркотиками. – Прим. ред.

), чтобы подмечали и звонили ему тут же. Старший приезжает с пацанами и с закладочниками они разбираются сами», – рассказывают парни.

Впрочем, как разбирается «старший» одесских АУЕшников с закладочниками, ни Юрий, ни Максим не объясняют. Видимо, эта ситуация – отголосок той ситуации, в которой оказались сейчас криминальные авторитеты: главы воровских кланов пытаются «нагнуть» под себя независимых и анонимных распространителей наркотиков по интернету.

Криминальные авторитеты: «АУЕ – это не мы. Это школьники придумали»

Интересно, что популярность субкультуры АУЕ явно зависит от благосостояния: чем зажиточней населенный пункт и чем меньше в нем безработица, тем меньше в городе или поселке последователей АУЕ.

https://www.youtube.com/watch?v=Fd37_IgO7bY

Последователи АУЕ в Украине есть почти в любом городе, но, по словам Юрия и Максима, гораздо больше их в центральной Украине – Кропивницком и Кривом Роге, а также Николаеве и Херсоне.

«Там бригады «АУЕшников» намного больше – могут сразу собрать под сотню человек. В Одессе и Киеве наших немного», – говорят юные одесские последователи тюремных «понятий».

К слову, АУЕшная субкультура в Украине вполне в духе времени успешно развивается именно благодаря интернету.

В «Ютубе» популярны видеоролики под названием Фарту масти» неких бывших «арестантов» по кличкам Мопс – Сергея Новика и Андрюха – Андрея Щадило. Сюжет видео незатейлив – зрители в онлайн-режиме за небольшую плату заказывают «плюхи», затрещины и другие унижения для главного героя – Мопса.

Источник: https://news-front.info/2018/04/26/komsomol-vorovskogo-hoda-chto-takoe-aue-i-chem-opasny-eti-tri-bukvy-strana-ukraina/

«Общее» и «воровское». Что это такое и нужно ли платить?

Воровское

Попадая в СИЗО или в лагерь человек может столкнуться с тем, что у него потребуют денег на, так называемое, «общее» и/или на «воровское».

Человек, никогда не слышавший об этих вещах и не сталкивающийся с криминальной субкультурой, растеряется и не будет знать, что ему делать в этой ситуации.

Платить или не платить!? А если платить, то сколько? Может ли кто-то заставить его или он вправе принять решение сам?

«Общее» — это то, что собирается заключенными на нужды конкретного учреждения:  СИЗО, тюрьмы, лагеря. Общее формируется за счет своеобразных «взносов» заключенных, которые те вносят деньгами или какими-то другими полезными вещами, которые могут пригодится в неволе.

Это могут быть сигареты, чай, сахар, продукты питания и медикаменты – все, в чем нуждаются заключенные. В дальнейшем эти деньги или вещи идут на конкретные нужды.

Например, кому-то сильно не хватает чая или сигарет и ему могут выделить какую-то часть этих продуктов с «общего».

Однако чаще всего «взносы» на «общее» собираются деньгами. Каждому заключенному предлагается внести свою посильную лепту «по возможности», то есть заплатить столько, сколько он сейчас может.

«Воровское» (или же «черное» по аналогии с черным цветом, символизирующим блатной мир: «черных ход» «черные колонии») – это то, что собирается на нужды так называемых воров – криминальных авторитетов, занимающих высшее положение в иерархии преступного мира. Порядок формирования этого капитала, примерно такой же как и в случае с общим –  деньгами и любыми полезными вещами по мере возможности.

Важно понять – никто не вправе вас заставить платить на «общее» или на «воровское». Ни по закону (разумеется), ни по так называемым тюремным понятиям. Взносы на «общее» — дело добровольное.

Каждый сам, в зависимости от своего отношения к тюремному укладу, от своего финансового и семейного положения, решает, нужно ли ему платит. И если нужно, то сколько.

Вы всегда можете внести какую-то небольшую, символическую сумму, которая с одной стороны, не обременит вас финансово, а с другой – покажет, что вы заинтересованы в решении общих вопросов и поддержании определенного уровня жизни в местах содержания под стражей и лишения свободы.

Необходимо помнить – по закону вы никому и ничего не обязаны платить! Однако жизнь в неволе бывает такой трудной, что единственный способ улучшить условия содержания – это совместные усилия. В этом случае вы можете добровольно помочь своему коллективу, старясь сильно не выходить при этом за рамки закона.

Нельзя забывать, что вся неформальная система самоуправления заключенных фактически идет вразрез с требованиями закона. Прежде чем что-то сделать, присмотритесь к реальному положению дел в конкретном учреждении.

Вы быстро поймете, что из себя представляет ваше окружение и каков общепринятый уклад жизни там, где вы находитесь.

Бывает и так, что деньги на «общее» и на «воровское» буквально выбиваются из заключенных силой либо под угрозой расправы. В этом случае вы должны знать, что имеете дело с банальным вымогательством, которое крайне распространено в российских тюрьмах и лагерях.

Причем вымогательством занимаются не только заключенные, но и сами сотрудники Федеральной службы исполнения наказаний. Помните, речь уже не идет о какой-то добровольной и посильной помощи окружающему вас коллективу.

Нет, из вас уже банально высасывают деньги и высосут все, если вы позволите это сделать.

В этом случае вы можете использовать два пути: формальный и неформальный. Формальный – это подача заявления о преступлении в правоохранительные органы, а также жалоб в администрацию вашего учреждения, в прокуратуру и в другие надзорные органы.

  Важно помнить – в этом случае, вы выводите себя за рамки коллектива заключенных, поскольку в криминальной среде подача заявлений о преступлении и жалоб начальству крайне не приветствуется.

Скорее всего, для вас это закончится просьбой об обеспечении безопасности и помещением вас в безопасное место, скорее всего в одиночку, где вам придется провести все оставшееся время заключения.

Вы можете также использовать и неформальный путь решения конфликта. Объяснить тем, кто вымогает у вас деньги, что вы не обязаны ни с какой стороны это делать. А в случае, если вам не удалось достичь компромисса  — обратиться к ответственным лицам теневой ветви тюремной власти: к смотрящим, положенцам и ворам. Возможно, что вам удастся решить эту проблему.

Несмотря на все вышесказанное, вы должны в первую очередь руководствоваться требованиями закона.

Ваш статус как заключенного, либо лица содержащегося под стражей регулируется прежде всего соответствующими нормативно-правовыми актами. Для лиц, содержащихся под стражей, это Федеральным законом от 15 июня 1995 г.

№ 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года № 189 (Правила).

Для осужденных заключенных это Уголовно-исполнительный кодекс и другие нормативно-правовые акты, такие как Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правила внутреннего распорядка воспитательных колоний.

Руководствуйтесь законом и здравым смыслом, избегайте ненужных конфликтов и, скорее всего, вы проведете оставшийся срок заключения без особых проблем.

ссылкой:

Источник: https://vturme.info/obshhee-i-vorovskoe-chto-jeto-takoe-i-nuzhno-li-platit/

Тюремная феня изменилась: «Воровской гашник, пальма на машке» – МК

Воровское

Наша тюремная лексика прошла длинный путь, по которому можно судить о пути самой российской тюрьмы и ее арестантов. За последние годы некоторые слова из уголовногзо жаргона стали совершенно привычными всем нам. Вот, к примеру, «кент» давно означает друга, товарища, а не соучастника преступления.

Слово «облажаться» используется чтобы показать, что кто-то попал впросак, опозорился (а когда-то так говорили только про ситуации, когда провалил дело). То же можно сказать про слова «кипеш», «косарь», «тусовка» и так далее.

Некоторые россияне стали употреблять такие тюремные словечки как «пакша» – кисть руки», «дальняк» – туалет.

Но появились ли за это время совершенно новые слова? Есть ли неологизмы в фене?

— Я считаю, что нет, — говорит автор словаря криминального жаргона Заур Зугумов, который когда-то считался лучшим вором-карманником в СССР. — Феня придумывалась в криминальном мире с конкретной целью — чтобы можно было говорить на языке, который не поймут силовики и сотрудники пенитенциарных учреждений. Сейчас такой задачи не стоит. И все новые слова – это просто сленг.

Как бы то ни было, к этому сленгу оказались склонны и сами силовики.

— Следователь ФСБ удивил меня, когда называли «мошенкой» преступления, предусмотренные 159 статьей УК (мошенничество), — рассказывает бывший следователь по особо важным делам при Генпрокуратуре, ныне адвокат Владимир Семенцов.

А некоторые слова стали привычными даже для адвокатуры. Вот, к примеру, «апеляшка» — апелляционная жалоба, «законка» — приговор, вступивший в законную силу и поступивший в СИЗО вместе с сопроводительным письмом, после которого не позднее 10 дней на этап. «В ёлочку» или «в цвет» означает давать правильные нужные тебе показания.

Но больше всего жаргонных словечек, конечно, за решеткой.

— Рыбные биточки сейчас в московских СИЗО шайбами называют, — рассказывает один из сотрудников УФСИН по Москве. — К слову, их никто из заключенных не любит. Арестанты из Азии любой чайник называют” тефаль”. Когда разрешили пластиковую посуду в столичных СИЗО, в заключенные большую миску-тазик, куда кладут еду на всех, стали называть “камаз”.

– В первое время в заключении даже пометки в тетрадке для себя делал, — рассказывает Денис Набиуллин, который больше года провел в «Кремлевском централе» (федеральное СИЗО №99/1).

— «Скатка» — это когда тебе выдают на весь срок матрас, подушку, наволочку, две простыни, одеяло, чашку, ложку, тарелку. Всё это добро закатываешь в матрац и так с ним ходишь из хаты в хату. «Хата», как вы, наверное, догадались, это камера. Старое слово.

Всё, что положено по 103-му Федеральному закон, называется «положняковое»: положняковая зубная паста, положняковое мыло и т.д.

«На ушном» — выключаешь радио и сидишь возле тормозов и слушаешь, какой движ в продоле происходит. «Тормоза» — это дверь камеры. «Движ» — это движение, мероприятие. «Продол» — это коридор на этаже, по нему ходит дежурный, который заглядывает в «глазки» камер.

Часто слышал в СИЗО фразу: “С воли не греюсь”. Это означает, что человек не получает посылок или передач от родных, близких, друзей.

«Конь» — это записка, письмо, груз, привязываемый к верёвке, чтобы её легче поймать в другой камере. «Удочка» — устройство, которым ловят коня. «Сидеть на дороге» — ловить и гонять коня. Есть заключенные, которые целыми ночами так делают, а потом весь день отсыпаются. Часто слышал фразу: «Коня пущу и маляву от братвы получу».

«Загнать» — переправить нуждающемуся что-либо по тюремной «дороге».. «Кича» означает карцер. «Взорвали хату» — это когда залетают несколько сотрудников, всех арестантов выводят, оставляют только дежурного и все вещи, включая продукты, тщательно досматривают…

К нам сыр «заходил» (передавали в камеру) в парафине, так я снял парафин, переплавил и наделал свечек. Иногда парни сидели по вечерам и болтали под свечку и курили сигары после отбоя, как выключат свет. Такой некий уют. Но потом стали «отжимать» (то есть отбирать).

Часто за решеткой (бываю как адвокат) приходится слышать современные жаргонизмы, — говорит Иван Миронов. — И я вот собрал некоторые. Делюсь с вами.

«Шлёнка» — тарелка, «весло» – ложка, «дубок» – стол, «машка» — матрас, «дальняк» — туалет, «волька» — вольная одежда, «филк» – деньги, «кипятло» – кипятильник, «эмка» – письмо, «портак» — наколка, «бивень» — тупой человек, «чушатник» — грязная камера, «ковырло» — веник.

Сегодня нельзя использовать за решеткой отдельные слова. Какие? Например, «очередь», «место». Они могут повлечь негативные последствия для тех, кто их употребляет (отнесут такого человека к категории «обиженных»). Еще обороты со словом «мать» под запретом.

Тем временем главный российский исследователь фени Заур Зугумов составил новый ее словарь. На этот раз он собрал не отдельные слова, а целые выражения. С читателями «МК» Заур поделился некоторыми из них.

Балан на хвосте — предупреждение о ведущейся слежке.

Бараньи кресты — отметки крестами, на личном деле заключенного, которые ставили красным карандашом.

Васёк, ты где? Я стою босиком в коридоре — обращение к подельнику во время совершения квартирной кражи, в момент «небольшого шухера», например, неожиданного шума, раздавшегося на лестничной площадке, звонка в дверь и при тому подобных обстоятельствах.

Воровской гашник — «живой карман». На теле связника, как правило, на внутренней стороне бедра, надрезалась кожа так, что сам надрез был практически незаметен. В этом надрезе-кармане (размеры его были достаточно солидными) воровские депеши и переправлялись в нужном направлении.

В этом потаенном кармане перевозилась, как правило, корреспонденция глобального масштаба, касающаяся воровского хода. Следовательно, и гонцы были под стать — не коронованные еще воры. Не следует путать с «жиганским гашником», так как из него можно было достать все, что там находилось и это был хорошо известный ментам гашник.

Словосочетание употребляется с начала 1960-х годов, в основном, в местах лишения свободы, на всей территории бывшего СССР. «Воровской гашник могли сделать лишь человеку, не просто принадлежащему к воровской масти. Это должен был быть уже проверенный урка, по тем или иным причинам не успевший войти в воровскую семью.

Но однозначно, эти причины от него не зависели.

Базар на стену мазать – драться, ссориться. «Ну что ж, если вы решили базар на стену мазать, то это ваше дело, но имейте в виду, при любом раскладе спрос будет с обоих».

Балдоха светит, но не греет – одна из множества поговорок в лагерно-блатной среде. Дословно, хоть солнце и светит, но тепла от него нет. Иносказательно. Что толку от чего-то, если от этого нет выгоды. Например, есть популярность, слава и уважение. Но, что толку от этого, если все это не приносит определенных дивидендов в денежном эквиваленте.

Гадом буду по-тамбовски, сукой буду по-ростовски, с мордой, битоб по-псковски, век свободы не видать! – торжественная клятва арестантов в некоторых тюрьмах России.

Господь! Спаси и сохрани! От моря Охотского, конвоя вологодского, хозяина-беса, пайки-недовесе, отрядного-рогонса, кума-кровососа! – одна из самых распространенных татуировок в местах лишения свободы.

Грызться в поисках конторы – смотреть вокруг себя, нет ли рядом тихушников (сотрудников правоохранительных органов, специализирующихся на ловле карманных воров).

Вряд ли простым людям нужно знать эти слова и выражения. Даже памятуя пословицу «от тюрьмы да от сумы не зарекайся». Феня не сможет спасти сегодня человека, попавшего в руки бандитов или в тюремную камеру. Наоборот, как считает Зугумов, она только усугубит положение жертвы: «Попугаев никто не уважает».

ИСТОРИЯ В ТЕМУ, РАССКАЗАННАЯ В ОДНОМ СИЗО

Алексей Курдичев по образованию математик, даже проходил стажировку в престижном университете в Австралии. После ареста его доставили в СИЗО 4 (Медведь). Определяют в камеру карантина, где уже находился узбек, который плохо понимал по русски да и вообще с трудом понимал, что с ним происходит.

Заправив шконку, Лёха прилег, чтобы обдумать и просчитать математическим какие есть варианты решения его непростой жизненной задачи. Тут через небольшое отверстие в потолке, где проходит труба стояка системы отопления, доносится голос: «Что, новенькие?» Он: «Да». Ему: «Первоход?» Он: «Не знаю». Ему: «Ну в первый раз попал?» Он: «Да». Ему: «Как зовут?» Он: «Алексей».

«Ну ладно, готовьте удочку сейчас. Вам коня засылать будем». Он: «Какого коня, нам здесь конь не нужен».

Тут подключился узбек: «К нам сюда приведут коня? Зачем нам конь, нам и так здесь тесно». Им: «Да нет, это мы вам посылку зашлем, выставьте удочку в окно, поищите, там должна быть. Леха облазил всю хату, посмотрел в туалете под шконками, но никакой удочки не нашёл.

Через некоторое время Алексей заявил: «Я везде поискал, нет здесь никакой удочки и лески тоже нет». Ответ: «Всё с вами ясно, ладно, придут нормальные – поговорим». На следующий день в хату заехал «второход», который сразу нашел «удочку». Ей оказалась рамка, которая обрамляла ПВР. Связь была немедленно налажена, и с помощью носка они получили сахар сигареты и чай.

Читайте материал «Лучший вор-карманник СССР написал словарь фени: «Разбейте понт, создайте обстановку»

Источник: https://www.mk.ru/social/2020/01/02/tyuremnaya-fenya-izmenilas-vorovskoy-gashnik-palma-na-mashke.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.